Культурная Москва — что смотреть на этой неделе

Неожиданный взгляд на чеховскую пьесу. Сергей Васильевич Женовач и Александр Давидович Боровский продолжают поиски художественной выразительности чеховских пьес и написали собственную на основе «Иванова». Как можно догадаться из названия, если в «Вишневом саде» всем решалось через молчание и паузы, то в «Иванове» – напротив, через речь героев, смыслы, заложенные в слова и читаемые между строк. «Благодаря Александру Давидовичу мы нашли интересный ход по форме, смыслу и содержанию. Раскрывать все наши задумки не буду, скажу только, что для нас это важное, серьезное высказывание, которое сегодня очень хочется сочинить», – Сергей Васильевич Женовач.

«Таланты и поклонники» – комедия русского классика Александра Островского о цене театрального успеха и выборе, который неизбежно делает артист. Главная героиня, молодая талантливая актриса провинциального театра Александра Негина, готовясь к бенефису, оказывается перед мучительным выбором: пойти на компромисс с совестью и получить покровительство богатого поклонника или остаться верной своему искусству, но обречь себя на нищету и неустроенность. Финальное решение Негиной обнажает изнанку театральной жизни: ее обаяние, комические и горькие стороны, компромиссы и соблазны. Для «Сферы» постановка «Таланты и поклонники» – логическое завершение разговора о профессии актера. В «Лесе» (постановка Сергея Виноградова 2020 г.) театр соприкасается с миром мещанских иллюзий, в «Без вины виноватые» (постановка Александра Коршунова 2021 г.) – с болью и памятью артистической судьбы, а новая постановка Ирины Пахомовой выводит на первый план личный выбор актрисы между любовью и призванием. Таким образом, трилогия складывается в цельное высказывание о сцене и людях театра.

В гоголевском «Вие» можно находить разное. Советский кинематограф искал в нем редкий жанр ужастика, встречу с потусторонней силой, пусть и сказочной. В перестройку гоголевский Хома Брут говорил о безверии и нищете духа. Каким может явиться современный «Вий» в Художественном театре? Наверное, ироничным, веселым. Страшным, мистическим, жутким в той мере, какую может себе позволить театральная сцена. Человек, испытавший страх, становится стрессоустойчивым. Страхом проверяется крепость веры. Писатель Николай Гоголь мучился всю свою жизнь проблемами добра и зла, их перетеканием друг в друга. Весел, светел ли Хома Брут или дурачок бессмысленный, попавший в сети своей глупости и жадности? Жертва он или агрессор? Панночка является ему с какого света, во зло или во благо? Что дает всем эта неизбежная встреча с потусторонним?

Весной 1937 года Михаил Булгаков, чьи пьесы одна за другой подпадали под цензурный запрет, в очередной раз зарекся писать для сцены: «Мои последние попытки сочинять для драматических театров были чистейшим донкихотством с моей стороны. И больше я его не повторю». Однако уже под конец года он согласился на предложение Вахтанговского театра сделать инсценировку романа Мигеля Сервантеса о Дон Кихоте. Вахтанговцы приняли пьесу восторженно; обсуждая потенциальных режиссеров, задумывались о Всеволоде Мейерхольде. И даже Главрепертком дал добро! Но повестка дня вносила коррективы в планы театра – история о рыцаре печального образа и его верном оруженосце Санчо Панса уступала место в афише спектаклям о вождях революции. Свет рампы пьеса увидела уже после смерти драматурга в 1940 году. Премьера спектакля Николая Рощина приурочена к юбилею Михаила Булгакова – в 2026 году исполняется 135 лет со дня его рождения. Действие перенесено режиссером в конец 1930-х, в условный театр, где идут репетиции «Дон Кихота».

Комедия Н. Гоголя, по которой создан спектакль, – произведение не стареющее. В каком бы веке и в каком бы театре ее ни ставили, она непременно к месту и ко времени, ведь эпоха «Ревизора» – всегда! Для режиссера О. Ильина предмет исследования в «Ревизоре» – не социальная сатира, изобличающая пороки общества, а психологический портрет героев и отношения между персонажами. Его Хлестаков простодушен, доверчив и эмпатичен, легко и с азартом включается в игру городничего и его приближенных. Однако, поверив в свой новый статус, впоследствии оказывается больше обманут, нежели все остальные. С появлением Хлестакова все в уездном городе N переворачивается с ног на голову – и в прямом, и в переносном смысле, что подчеркнуто сценографией. Улицы с игрушечными домишками, несоразмерными бытовым предметам и персонажам, подчеркивают гротескность ситуаций. А выходящее за авансцену действие подключает к происходящему и зрителей.

«Лавр» – спектакль о преображении человека, который в юности совершил роковую ошибку. Он посвящает свою жизнь той, кого любил, и становится святым. И вот что удивительно: такая история может произойти с любым человеком. Надо только верить и служить людям. Спектакль Эдуарда Боякова «Лавр» – сценическое воплощение выдающегося романа Евгения Водолазкина. Роман «Лавр» – лауреат премии «Большая книга», по версии газеты The Guardian вошел в топ-10 лучших книг мировой литературы о Боге. В центре сюжета – история человека, прошедшего путь от мальчика-сироты к врачевателю, от юродивого и бродяги до отшельника и святого. События происходят в разные исторические периоды по всему свету. Картины древнего Пскова сменяют сцены средиземноморского кораблекрушения. Экзотика средневековой пещеры соседствует с привычным бытом городской панельки. Старославянский язык переплетается с современным сленгом.

За большим круглым столом в доме Василия Бессеменова собрались родственники, квартиросъемщики, приживалы и нахлебники. У каждого – свой характер, свои привычки, принципы и взгляды на жизнь. И своя правда, упрямо защищая которую они готовы дойти до крайности, не желая не просто слушать, но слышать и понимать друг друга. Назвав свою пьесу «Мещане», Максим Горький на долгое время определил отношение к героям. За годы сценической истории в ней чаще всего видели не просто конфликт поколений, а противостояние двух идеологий – приземленной мещанской и свободной прогрессивной. Но нельзя забывать, что проблема отцов и детей вечная, ведь каждое следующее поколение считает себя умнее предыдущего, хоть и продолжает совершать те же ошибки. Герои Максима Горького больше социального сюжета пьесы, они многогранны и неоднозначны, а мещанство как понятие уже не вызывает ни раздражения, ни осуждения, ассоциируясь с уютом, комфортом, достатком и благополучием.

Пронзительная и теплая история о псе по имени Мох, который потерял семью, но сохранил веру в жизнь и обрел новый дом. Мох – верный, наивный, честный, смелый, настоящий друг. Когда-то мир щенка был прост и наполнен привычными радостями: запахами раннего утра и лимонного пирога, звуками детских голосов рядом, теплотой хозяйских рук – девочки Янинки, мальчика Мирека и их родителей. Но однажды все рушится: война стирает их уютный мир с лица земли. Мох остается один – среди руин, незнакомых запахов и чужих голосов. Он отправляется в невероятное путешествие: проходит путь бродячих собак, становится гладиатором, превращается в тюремщика, а затем в беглеца… Жизнь Моха состоит из сплошных потерь и препятствий, но все же он идет вперед, потому что его ведет вера в то, что, возможно, где-то там – его потерянная семья. Его нос – его компас, а память живет в запахах, которые становятся путеводной нитью. Как видит этот мир пес? Театр дает зрителям чудесную возможность представить это и погрузиться в историю с помощью выразительных средств драматического театра, театра предмета и театра кукол. «Мох. История одного пса» – это одновременно остросюжетный спектакль-путешествие и притча о том, как даже в разрушенном мире сохранить веру, надежду и любовь.

В основу постановки легла пьеса Ольги Погодиной-Кузминой, получившая признание на международном драматургическом конкурсе «Действующие лица». Это часть масштабного проекта «СВОи. Непридуманные истории», созданного в рамках лаборатории «Актуальная драматургия о специальной военной операции» Академии творческих индустрий «Меганом» (проект «Таврида.АРТ»), при поддержке Президентского фонда культурных инициатив, фонда «Защитники отечества», проекта «КиберЛюди» и компании «Моторика». В центре внимания – реальная история Николая, ветерана, проходящего сложный путь реабилитации после ранения. Потеря ноги и мучительные фантомные боли – лишь часть той тяжести, которую он несет в себе. Весть о гибели близкого друга становится еще одним ударом. Николай, в мирной жизни – специалист по организации ритуалов, решает во что бы то ни стало устроить товарищу достойные, героические похороны.

История жизни трех поколений женщин одной интеллигентной семьи. Бабушка и мама – журналисты по образованию, и их дочь решает пойти по их стопам. Но даже кровное родство не стирает различий в их запросах, мечтах и желаниях. Их отношения – это сложный клубок чувств: от нежной любви до горьких обвинений, от стремления к независимости до неразрывной связи. Они ссорятся, мирятся, но так и не могут «перерезать пуповину». Эта история, полная юмора и грусти, удивительно узнаваема и отзывается в сердце каждого.

«С любимыми не расставайтесь» – пронзительная пьеса драматурга Александра Володина – первая премьера, которая будет представлена на Исторической сцене Театра Олега Табакова после завершения капитального ремонта. Как говорил Олег Павлович Табаков о творчестве А.М. Володина: «Любовь – вот о чем он писал всю жизнь, и сымитировать это никак нельзя. Социальные признаки, быстротекущее время, сложности сопротивления думающего тростника чудовищной силе коммунизма и советской власти – все это было уже вторично. Он писал о любви». Режиссер Артур Касимов исследует в спектакле тему отношений в семье: о том, как важно научиться слышать и понимать друг друга, о сильном желании довериться близкому человеку и о тревожном, разрушающем чувстве страха быть непонятым. Главные герои пьесы – супруги Митя и Катя – расстаются. Семейную жизнь молодой пары завела в тупик недосказанность в отношениях. Они все еще любят, но каждый из них не в силах переступить через гордыню и старые обиды. На сцене, как в зеркале, зрители смогут увидеть отражение своих чувств, сомнений. А, возможно, и принять важное для себя решение – сохранить любовь и пройти все жизненные кризисы, не расставаясь.

Молодой писатель переживает ужасы газовой атаки, тоску окопной войны, расчеловечивание сослуживцев – и все это, чтобы понять: в любых, самых страшных обстоятельствах человек может сохранить любовь к жизни. Зощенко начал писать в 11 лет и не прекращал занятий литературой даже на войне: продолжал сочинять рассказы, вел полевой дневник, придумывал искрометные эпиграммы на офицеров. «В девятнадцать лет я был уже поручиком. В двадцать лет – имел пять орденов и был представлен в капитаны. Но это не означало, что я был герой. Это означало, что два года подряд я был на позициях», – вспоминал писатель. За проявленную во время службы отвагу Зощенко получил два ордена – Святого Станислава и Святой Анны. Но пережитый страшный опыт на передовой не прошел для него даром. Долгое время писателю казалось, что война лишила его возможности творить. Лишь спустя годы он осознал, что именно на войне впервые нащупал свой авторский голос, свою неповторимую интонацию – иронию сквозь невидимые миру слезы…